Беспорядки в Каракалпакстане стали полной неожиданностью. Поводом были предлагаемые поправки в Конституцию Узбекистана, лишающие Каракалпакстан автономии и права на отделение. Эксперт по безопасности в Центральной Азии Рустам Бурнашев полагает, что настоящие причины недовольства населения в проблемах социально-экономического блока, на которые наложилось экологическое бедствие.
Отделяться в Каракалпакстане даже не собирались
— Начавшиеся в Узбекистане митинги и последующую реакцию властей можно было как-нибудь предвидеть? Насколько неожиданными они стали?
— Некоторые эксперты говорили, что поправки в Конституцию относительно статуса Каракалпакстана в Узбекистане вызовут недовольство. Даже ставили вопрос о том, насколько эти поправки важны и необходимы.
Однако очевидно, что никто не ожидал тех форм и масштабов, каковые это недовольство приобрело
Полагаю, что если бы появились какие-то обоснованные прогнозы на этот счет, то незамедлительно приняли бы достаточно серьезные превентивные меры. Возможно, эти поправки просто бы исключили из обсуждаемого списка. Но таких прогнозов не было.
— Нередко бывает, что недовольство в обществе долго копится, и чтобы оно выплеснулось, нужен только повод. Может это как раз такой случай?
— Да, скорее всего, это был некий символический толчок, повод. Тем более, что по моим данным, в Каракалпакстане даже и не ставился вопрос о его отделении от Узбекистана и пересмотре форм взаимодействия. Конечно, если не брать в расчет якобы оппозицию, которая находится за пределами страны, есть эмигранты, которые пытаются раздуть горящие угли. Но если говорить в целом о населении, отделение вовсе не является идеей, которая двигает массами.
Этот вопрос не стоял на повестке дня, никто не собирался проводить референдум на эту тему
То есть это не какие-то чаяния народа. Скорее это просто символ, некая возможность демонстрации своего статуса. Настоящие основания для недовольства должны лежать где-то в другой плоскости и для их определения и тщательного анализа нужно проводить серьезные исследования – чем живут люди в Каракалпакстане, какие у них проблемы? Извне сразу сказать сложно.
Хотя часто звучит мнение, что настоящие причины связаны с социально-экономическим положением, и я часто к этой оценке присоединяюсь. Кроме того, в этом регионе сложности с экологией, из-за Арала там настоящая зона экологического бедствия. Однако повторюсь, что пока это только мое личное восприятие. Чтобы все четко понять, нужно исследовать установки самих людей.
Депутаты оказались далеки от интересов населения
— Не припомню, чтобы кто-то говорил об Узбекистане как о «клубке проблем». Наоборот, считалось, что там все довольно спокойно. Получается, это было ошибочное мнение? Все это время внутри происходили некие незаметные, но неприятные процессы? Или может вообще кто-то со стороны «подогрел» ситуацию?
— Склоняюсь к тому, что некоторое недовольство накапливалось постоянно,
основанием для чего были все те же социально-экономические и экологические проблемы
Вполне возможно, что сами жители республики обозначат какие-то дополнительные факторы. И вот в такой накаленной ситуации проскакивает какой-то импульс и происходит всплеск. Ведь то же самое мы видели в январе в Казахстане. Месяц начинался вполне спокойно, мы выходим из карантина, ситуация вроде нормализуется. И тут неожиданное повышение цен на газ привело к непредсказуемым последствиям.
Поэтому говорить, что кто-то специально нагревает ситуацию в Узбекистане, с моей точки зрения не совсем корректно. Это процесс, связанный с общими накопленными проблемами, с восприятием населением динамики работы правительства, и с тем, насколько оно готово слушать граждан.
Хотя в данном случае сложилась действительно парадоксальная ситуация, ведь сам порядок внесения поправок шел через парламентские структуры. Каракалпакстан, кстати, парламентская республика, и именно глава парламента является одним из заместителей в комиссии по внесению поправок в Конституцию.
Внесение поправок в основной закон страны по действующему законодательству вообще прерогатива парламента. Получилось следующее: поправки предлагаются, комиссия их рассматривает, принимает и выносит в парламент, который тоже их принимает, а затем выносит на всенародное обсуждение, которое заканчивается митингами.
О чем это свидетельствует? О том, насколько депутаты далеки от интересов населения и насколько слабо у них налажены взаимодействие и связь
Они даже не понимали, что внесение этих поправок вызовет такую жесткую реакцию населения.
— А насколько узбекские власти и в частности Шавкат Мирзиеев готовы к компромиссам, насколько они договороспособны?
— Если говорить о Мирзиееве, президентская ветвь власти в Узбекистане де юре вообще дистанцирована от этих поправок, поскольку они шли через парламент. Президент только предлагал вынести их на всенародное обсуждение. Поэтому для исполнительных органов речь ни о каком компромиссе вообще не идет, поскольку это была не их инициатива и не их ошибка. Сейчас стоит вопрос об эффективном разрешении сложившейся проблемы.
В то же самое время мы видим, что решения принимаются достаточно быстро и достаточно эффективно. Мирзиеев сразу приехал в Нукус (столица Каракалпакстана – прим.), где встречался и с руководством республики, и с представителями населения. Он же предложил убрать все поправки к статусу Каракалпакстана, которые и вызвали недовольство.
Да, для нормализации ситуации ввел чрезвычайное положение, но насколько я понимаю, сейчас будут приниматься серьезные и оперативные меры по снижению самой конфликтной базы. То есть вполне возможно, будут рассматриваться вопросы развития инфраструктуры, причем не в том плановом режиме, как раньше, а более оперативно. Будут ставиться вопросы о снижении экологического давления и так далее. То есть начнут принимать меры по улучшению социально-экономического положения населения.
