У каждого из нас, исходя из опыта путешествий или литературы и изобразительного искусства, складывается свой собственный образ Испании.
В книге «Испания от И до Я. Двойники Дали, сервантесовская вобла и другие истории заядлого испаниста» историк Татьяна Пигарёва рассказывает про Испанию через ключевые события культуры этой страны и собственные воспоминания.
Одна из самых интересных глав книги посвящена тому, как были утрачены захоронения великих испанских писателей и драматургов, останки которых еще долго странствовали после их смерти.
Именем Сервантеса
Монашеский орден Пресвятой Троицы – он же орден тринитариев – был создан в начале XII века для выкупа христиан из мусульманского плена. За 437 лет тринитарии спасли более 30 тысяч невольников. Средства они добывали чаще всего сбором милостыни, а иногда отдавали самих себя в рабство вместо освобожденных христиан. «Слава Тебе, Троица, а пленным – свобода» («Gloria Tibi Trinitas et captivis libertas»), – так звучит их девиз.
Если бы не тринитарии – при всей недопустимости сослагательного наклонения – мир мог бы лишиться «Дон Кихота». Именно они выкупили Сервантеса из пятилетнего алжирского плена, и неудивительно, что в их монастыре недалеко от своего последнего дома Сервантес и упокоился.
Имя Сервантеса спасло монастырь от сноса в XIX веке, когда облик Мадрида коренным образом менялся и большая часть церковных земель была отчуждена государством. Налицо правосудие истории: сначала монахи спасли человека, а потом он – их обитель. Только вот незадача: монастырский храм в 1668 году перестроили, а останки автора «Дон Кихота» потеряли. О том, что Сервантес был похоронен в монастыре тринитариев, узнали лишь в 1749 году, когда издатель «Назидательных новелл» обнаружил в архиве акт о похоронах, но о точном месте могилы свидетельств не сохранилось.
Смерть – это еще не конец
Для Мадрида подобная небрежность – не исключение. Потеряли и Лопе де Вегу, автора более тысячи пьес, уже при жизни признанного национальным гением. Его похоронили с невероятной помпой в церкви Сан-Себастьян, но вскоре настоятель (по одной из версий) освободил место для упокоения своей сестры. Вероятно, останки «испанского Шекспира» перенесли на кладбище за апсидой церкви – то самое, где поэт Хосе Кадальсо полтора века спустя «пытался откопать свою возлюбленную». К старым костям относились без особого пиетета и укладывали их слоями в общие захоронения, присыпая землей.
Испания и смерть – неисчерпаемый сюжет. В своей лекции «Дуэнде. Тема с вариациями» Федерико Гарсиа Лорка пишет о том, что невыразимая сущность испанского искусства может быть названа duende. Дословный перевод – «дух», «демон», но применительно к искусству это слово приобрело иной смысл. Это «мощь, а не труд, битва, а не мысль», это дух земли и страсти, «черные звуки», живущие в танце фламенко, в противостоянии корриды, в обрядах Страстной пятницы, в «сливочной желтизне» Эль Греко и поздней живописи Гойи – в ближайшем родстве со смертью.
«Дуэнде не появится, пока не почует смерть, пока не переступит ее порог, пока не уверится, что всколыхнет те наши струны, которым нет утешения и не будет».
Уникальность Испании, как утверждал Гарсиа Лорка, в том, что это страна, «открытая смерти»: «В других странах смерть – это конец. Она приходит, и занавес падает. В Испании иначе. В Испании он поднимается». Быть может, именно поэтому дуэнде и смерть гнездятся в «тайниках крови», в творениях гения, а не в мраморных надгробиях. Смерть в Испании бесконечно важна, могилы – куда меньше. Трагическим символом этой «безместности» испанской смерти стала так и не найденная могила самого Гарсиа Лорки, расстрелянного в 1936 году под Гранадой.
Мумия со шпагой и орденом Сантьяго
Утрачено было и захоронение Веласкеса – при сносе придворной церкви Сан-Хуан. Казалось бы, зачем надгробие, если есть «Менины»? Однако политики пошли ва-банк, и к 400-летию художника на площади Рамалес, в двух шагах от Королевского дворца, начались раскопки крипты (а заодно – строительство парковки). Обнаружили останки, затеяли шумную экспертизу. Но тут в церкви Сан-Пласидо в мадридском квартале Маласанья (расстояние от дворца – чуть больше километра и ровно три сословия), для которой Веласкес написал своего «Распятого Христа», нашлась мумия со шпагой и орденом Сантьяго. Группа ученых заявила, что это и есть Диего Веласкес, перезахороненный после сноса церкви Сан-Хуан.
Пикантность ситуации состояла в том, что раскопки крипты финансировало Мадридское автономное сообщество (региональное правительство), а исследование мумии из Сан-Пласидо – мэрия. Две вечно враждующие институции превратили шумиху вокруг останков Веласкеса в повод для сведения политических счетов (обвинения в бессмысленной растрате госсредств и т.д.). Все найденное долго изучали, но сенсации не случилось. На площади Рамалес, там, где Веласкес был похоронен, остались старый памятный крест и новые законсервированные руины над подземной парковкой.
Макабрические странствия Кальдерона
Дольше всех из классиков первого ряда держался Педро Кальдерон де ла Барка, хотя его останки в начале XIX века перенесли вместе с помпезным надгробием из обветшавшей церкви Сан-Сальвадор на кладбище Сан-Николас. На этом посмертные мытарства беспокойного гения не закончились: в 1869 году с оркестром и церемониями Кальдерона доставили в церковь Сан-Франсиско-эль-Гранде, перепрофилированную по решению испанских Кортесов в Пантеон великих людей. Но в Пантеоне творился такой сумбур, что великих решили вернуть на кладбища, а от новомодной идеи – отказаться.
Сохранилась гравюра 1874 года, на которой изображен траурный кортеж Кальдерона, следующий по открытому в том же году виадуку. Казалось бы, анахронизм, но это лишь очередное перезахоронение классика. Кальдерон вернулся на кладбище Сан-Николас, затем был перемещен в часовню «радеющей» о национальном гении религиозной конгрегации, а в начале XX века вроде бы упокоился в капелле новой церкви Лос-Долорес на улице Сан-Бернардо.
Но во время Гражданской войны, опасаясь антирелигиозного вандализма, останки надежно спрятали – это был уже седьмой «переезд» Кальдерона. Только вот сторож, помнивший, где именно они спрятаны, умер, никому не открыв секрета.
Подробнее читайте: Татьяна Пигарёва. Испания от И до Я. Двойники Дали, сервантесовская вобла и другие истории заядлого испаниста. — М.: Слово/Slovo, 2022 г.
