Председатель правления фонда «Қазақстан халқына» Болат Жамишев предложил провести в Казахстане реформу в законе о трупном донорстве. В данный момент тысячи казахстанцев находятся в очереди на донорский орган. Большая часть рассчитывает на органы зарубежных доноров, чьих родственников не спрашивают разрешения на изъятие органов усопшего. Какие перспективы у подобного предложения в Казахстане?
Молчание – знак согласия
«Врачи говорят, что не нужны никакие деньги фонда, нужно менять закон с тем, чтобы в нашей стране снова заработало трупное донорство. Мы провели соответствующую конференцию. Совместно с Минздравом мы в этой конференции участвовали – с тем, чтобы все-таки подвигнуть и правительство, и общественность к изменению закона о трансплантации, о трупном донорстве», – сообщил председатель правления фонда «Қазақстан халқына» Болат Жамишев.
Именно этот фонд казахстанцы просят поспособствовать в покупке органов за границей. Очевидно, что это дорогостоящая опция, а потому средств на всех в списке ожидания не хватает. Если бы в нашей стране разрешили изымать органы умерших без согласия родственников, то шанс на жизнь получили бы тысячи людей. К слову, на сегодняшний день в очереди на пересадку органов стоят 4 тыс. казахстанцев, в их числе 90 детей.
Пока правительство на законодательном уровне не приняло поправки, нуждающимся в трансплантации остается уповать на тот уровень донорства, который уже сформировался в Казахстане. Вариантов немного: либо дождаться своей очереди, либо принять помощь от совершеннолетних родственников (если они есть), но только если дело касается пересадки парных органов, таких как почка. В случае с такими органами как сердце, пересадка от прижизненного донора, по понятным причинам, невозможна.
Будь у нас развито трупное донорство, органы одного посмертного донора могли бы спасти жизни порядка 7 человек.
По данным на 17 января 2024 года, министр здравоохранения РК Ажар Гиният прокомментировала ситуацию с трупным донорством в стране.
— Чтобы знать мнение населения, чтобы понять, готовы ли они, у Минздрава есть электронный регистр, через E-Gov любой гражданин может изъявить желание. Сегодня 40 тысяч изъявили свое желание, из них 15% согласились отдать органы, чтобы спасти живых больных, — сказала Ажар Гиният в кулуарах Мажилиса. Министр также подтвердила свое согласие отдать свои органы посмертно: «Согласна. Изъявила желание».
Насильно отнимать?
Сами казахстанцы не очень радушно восприняли новость о возможных поправках.
В комментариях под ней обычно встречаются такие высказывания:
«Все отняли, теперь взялись и за органы. Пусть свои отдают», «Значит будут пропадать люди бесследно», «Где гарантия, что живых не начнут потрошить?», «Пусть только попробуют принять такой закон!!! Увидят гнев народа!».
С одной стороны, казахстанцев понять можно: по сути граждан лишают права сохранить тело родственника в первозданном виде. С другой стороны, казахстанцев не лишают выбора: подписать электронный отказ от посмертного донорства можно прямо сейчас, главное ответственно подойти к этому вопросу.
К слову, в Беларуси действуют те же законы, что и в Казахстане, за тем исключением, что согласие родственников на посмертное донорство не требуется. В год там проделывают порядка 400 операций. При этом страна не погрязла в черной трансплантологии. По сути, разрешение на трансплантацию спрашивают только у нас. Среди пациентов, ожидающих свою очередь, существует предположение, что региональные координаторы, которые занимаются поиском потенциальных доноров подходят к своей работе не совсем добросовестно и вместо того, чтобы искать кандидатов более упорно, прикрываются несогласием родственников. А между тем в Казахстане ежегодно погибает по 270 казахстанцев.
Забрать на тот свет
Не все казахстанцы знают, что после смерти любого гражданина его тело подвергают вскрытию – в этот момент органы усопшего изымают и обследуют, чтобы установить его истинную причину смерти. Так или иначе человек отправляется в последний путь уже не в том виде, в котором родился. Но при этом вместе с ним уходят жизнеспособные органы, которые могли бы продлить чью-то жизнь. Там, под землей, они становятся бесполезными.
Когда речь идет о трансплантации в воображении невольно возникают картины небрежно прооперированного и наскоро зашитого тела. Как объясняют казахстанские трансплантологи, это большое заблуждение. Операция по изъятию органа из трупа проводится с такой же бережностью, как и операция живого человека. После проделанной работы на тело усопшего накладывают эстетические швы. Врачи относятся к последнему подвигу почившего с большим уважением.
Параллельно с этим, пока казахстанцы переживают что их пустят на органы за согласие на посмертное донорство, Казнет пестрит объявлениями о продаже различных органов. Люди готовы буквально «отщипнуть от себя кусок», но за определенную плату. Свои органы “черные” доноры оценивают в миллионы тенге и десятки тысяч долларов. Но несмотря на то, что существует предложение и спрос, «черная» трансплантация не может получить развитие в Казахстане по ряду причин.
По словам доктора медицинских наук, хирурга отделения трансплантологии и общей хирургии НИИ кардиологии и внутренних болезней Алматы, профессора Болатбека Каюпова, тема “черных” трансплантологов у нас сильно раздута. Возможно, в каких-то странах и существует, но Казахстан – это относительно небольшая страна, где все на виду и утаить подобную операцию очень сложно.
«Просто взять и пересадить орган никто не может, существует множество факторов для проведения этой операции, – говорит Болатбек Каюпов, ссылаясь на то, что для обеих сторон сделки это уголовно наказуемое преступление.
