Несложно обратить внимание на то, что в последние годы издания, называющие себя оппозиционными, полностью переключились с темы коррупционных скандалов во власти, на вопросы политического протеста и действия так называемых активистов, пишет в своем телеграм канале политолог Данияр Ашимбаев.

Тематика коррупции ранее была столь популярной по двум причинам.

Во-первых, большинство лидеров оппозиции покинули власть из-за коррупционных скандалов и мстили бывшим соратникам.

А во-вторых, их издания использовались правящими элитами для слива компромата друг на друга.
Но с развитием новых инструментов в виде телеграм-каналов и блогеров-разоблачителей потребность в передаче сливных материалов в аутсорсинг отпала.

Кроме того, стал ясно, что компромат интерес в основном столичным кругам, а массе населения он достаточно фиолетов. Где-то в конце прошлого десятилетия все старые и новые издания окончательно перешли в американскую сетку с новыми канонами.

Тематика коррупции Западу была не столь интересна, поскольку деньги и активы находились в его же юрисдикции и их конфискация требовала их возврата на родину, т.е. сокращения собственной кормовой базы.

Вопросы социального протеста тоже были не слишком востребованы, поскольку государство изначально проводило активную социальную политику и проблемы «голодных маршей» отпали уже в конце 90-х. Жанаозенские протестанты тоже Западу быстро надоели, тем более с учётом позиций собственного нефтяного бизнеса в Казахстане.

Новый вектор раскачки

А вот тематика политического протеста, особенно с антироссийским и антикитайским душком — идеальный инструмент политического давления на Астану и делигитимизации неугодных политических режимов в глазах западного общественного мнения.

Наиболее яркие примеры — это «солидарность с узниками китайских концлагерей для казахов», массированное продвижение тематики «геноцида», «голодомора» и необходимости срочной «деколонизации» Казахстана, «репрессии» в адрес гражданских активистов (именно «гражданских», а не «оппозиционных» или «демократических»), нарушения свободы слова, прав религиозных и сексуальных меньшинств (последних, правда, пришлось активно насаждать).

Почему выпали оппозиционные активисты, все просто. В казахстанской оппозиции явный кризис, связанный с отсутствием адекватных лидеров и собственных идей. Ак Орда технично перехватывает политическую повестку, но её собственная многовекторная позиция категорически не устраивает Запад, который не хочет быть одним из векторов, причём не самым главным. Токаев хитро играет на «зеленой энергетике» и совместной добыче редкоземельных металлов, провел либерализацию системы, т.е. у ЕС придраться не к чему.

Суверенная демократия

Доказать системные нарушения санкционного режима Запад толком не может, хотя, думаю, Астана спокойно может пожертвовать парой-тройкой бизнесменов и финансистов, если претензии возникнут.

Казахстан публикует экономические стратегии по канонам Всемирного банка и МВФ (не придережешься), наращивает работу Срединного коридора (как бы в обход России, но с участием Москвы и в интересах Китая), и расширяет проекты сотрудничества с Россией в рамках ЕАЭС и напрямую. Не хотите нефть через КТК? Пожалуйста, пойдёт через Россию в Германию.
Понятно, что Астана играет в своих интересах, и не менее понятно, почему резко вырос объем инвестиций в «гражданских активистов» и профильные СМИ.

Ак Орду понятно это бесит, но она играет достаточно тонко. Прошлогодний список лиц, получающих иностранное финансирование (напомним, какую истерию вызвало аналогичный проект грузинских властей), точечные меры по пресечению внешней повестки (запрет гей-парада на 8 марта, блокировка практики отмены неугодных активистам концертов, демонстративно психиатрическое освидетельствование активистки «языковых патрулей», отказ в аккредитации местному филиалу американского «Голоса свободы» и др.) — показывают, что прежнего мягкого отношения уже не будет.
Токаев уже упомянул тезис о «суверенной демократии», который основан на национальных, а не глобальных интересах и ценностях.

Политические провокации

В ответ мы видим активизацию политических провокаций и их информационного сопровождения.
Кроме того, фиксируется и «околоэлитные» проекты, связанные с активизацией прозападного крыла части бизнеса и некоторых бывших «узников режима». Не совсем понятно, внешний ли это проект или очередная игра в олигархическую оппозицию. Посмотрим, как быстро они начнут играть в национальную и религиозную игру, пытаясь расширить социальную базу и заручиться внешней поддержкой.

На сегодня можно констатировать, что внутреннего потенциала для массовой политической протестности особо не наблюдается, но идут активные попытки его сформировать и любой ценой дестабилизировать Казахстан. В январе 2022 года такой проект уже провалился — и весьма дорогой ценой. Астана извлекла из него уроки, но давление начинает вновь нарастить.