В магазинах крупнейшего города страны растут цены на социальные продовольственные товары.

Корреспонденты inbusiness.kz уже не первую неделю мониторят цены в супермаркетах и на рынках Алматы. Большинство ценников на СЗПТ в рознице регулярно переписывают, так как цены от поставщиков продолжают расти. Такая ситуация характерна и для других регионов страны. При этом повышение цен затронуло не только сети крупных продуктовых ретейлеров, в которых в основном подорожала молочная продукция и мука, но и рынки, а также мини-маркеты у дома, где подорожало мясо, овощи и бакалея.

Отмечается, что в Алматы уже несколько дней по новой цене продаются все молочные продукты из перечня социальных. Например, минимальная стоимость пакета молока – 320 тенге, на 40 тенге выше, чем было пару недель назад, социальный творог подорожал на 26 тенге, а килограмм весового социального сливочного масла — на 16,7%.

Как известно, выход из ситуации с ростом цен на социальные продукты, сдерживать который все труднее, власти видят в отказе от жесткого регулирования цен и внедрении вместо этого социального кошелька, с помощью которого нуждающимся в поддержке казахстанским семьям будет оказываться адресная денежная помощь. Меру предполагается реализовать уже с начала следующего, 2023 года. При этом некоторые эксперты высказали сомнение в ее эффективности.

Экономист и директор консалтинговой компании Марат Каирленов отметил, что в Казахстане население тратит более 50% доходов на продукты питания, и при отмене регулирования цен ситуация может усугубиться.

По его мнению, необходимо работать с компаниями, покинувшими российский рынок, чтобы они локализовали производства у нас и открывали совместные предприятия. А привлечь их в Казахстан можно перспективой выхода на рынки стран Центральной Азии и приграничных районов самой России. По оценке эксперта, на этой территории проживает около 70-80 миллионов человек, и это достаточно привлекательный рынок, чтобы размещать производства в нашей стране. Говорить о либерализации цен стоит только после решения вопроса с логистикой продуктов, инфраструктурой и демонополизацией.

«Система регулирования рынков у нас несколько слоеная, ее создавали после кризиса 2014 года, когда валюты обвалились. Тогда эти меры принимали экстренно. Поняли, что нужны запасы: как Национальный банк на валютном рынке интервенции валютные проводит, также и СПК в регионах проводили продуктовые интервенции через стабилизационные фонды.

У нас экономика составляет порядка 500 миллиардов долларов. 23 процента ВВП идет на зарплату. Это меньше, чем в России, там больше 30 процентов, не говоря о странах ОЭСР, где этот показатель раза в два больше. То есть это десятки миллиардов долларов, которые наше население недополучает. Может стоило тратить хотя бы один миллиард, чтобы обеспечивать население дешевыми продуктами питания как некий баланс интересов общества. А такое одностороннее отношение — это спорная политика», — считает Марат Каирленов.