На днях глава фонда «НеМолчи» рассказала об очередном случае сексуализированного насилия в стране. На сей раз фигурантом дела стал участковый из Шымкента. По словам матери пострадавшей, под видом обыска он совершал развратные действия по отношению к ее 14-летней дочери.

Предшествующими действиям участковый аль-Фарабийского района ввел подростка в заблуждение, сообщив, что камеры, установленные в парке, зафиксировали, как девушка курит, и поэтому он обязан ее задержать. Так несовершеннолетняя оказалась в машине инспектора.  На заднем сиденье автотранспорта он изъял у нее мобильный телефон и под благовидным предлогом принялся обыскивать.

Как рассказала мать девушки, обыск он начал с карманов куртки, затем перешел на одежду и нижнее белье. На возмущение подростка о противоправности его действий он невозмутимо пояснил, что это обыск и что в подобном нет ничего необычного, поскольку наркотики могут быть спрятаны и в интимных местах. Таким образом ребенка обыскали дважды.

Как вспоминает школьница, единственное, что остановило участкового, это звонок в полицию. Только после этого досмотр был окончен, и она смогла уйти.

Узнав о случившемся, родители потерпевшей обратились в фонд.

Дома, находясь в эмоциональном состоянии, она поделилась случившимся с друзьями. В ходе беседы с ними выяснился факт, что участковый домогался до школьниц не единожды.

В одном из чатов подростки, посещающие парк, в котором предыдущая жертва подверглась нападкам полицейского, опубликовали его фотоизображения. Таким образом идентифицировали личность. Что еще больше шокировало героиню этой истории, так это то, что полицейский без опасения продолжал писать личные сообщения другим жертвам. Среди ночи девочки- подростки получали от него вопросы интимного характера, что они делают, или сообщения с предложениями подвезти их.

И хотя один из инцидентов произошел еще в феврале, родители других пострадавших решились рассказать об этом лишь сейчас. Еще четыре девочки сообщили обо всем родителям только после последнего инцидента, а некоторые молчат до сих пор.

Таким образом, дело находится на рассмотрении почти восемь месяцев, при этом каждый месяц следствие назначает какие-то новые экспертизы. Все это несмотря на обширный пласт доказательств в виде электронной переписки и показаний потерпевших.

В ответ на многочисленные запросы в департаменте полиции Шымкента сообщают, что вопрос якобы решен: участковый находится в изоляторе временного содержания и уволен, а следствие не стоит на месте. Подозреваемому вменяют несколько статей –«Половое сношение или иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста» и «Превышение власти или должностных полномочий».  

Вот только родители детей-потерпевших возмущены инкриминируемыми инспектору статьями.

С превышением должностных полномочий все понятно, но статья 122 вызывает вопросы, ведь она подразумевает половое сношение или иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста, но не обязательно включает в себя совершение действий «против воли человека».

По заверениям правозащитников, куда более логично было бы инкриминировать подозреваемому Статью 121, которая уже включает насильственные действия сексуального характера. Однако не все родители потерпевших до конца понимают особенности отечественного законодательства, а потому не спешат оспаривать положение дел.

Помимо этого, как объясняют правозащитники, в казахстанском законодательстве размыто само понятие «насильственных действий сексуального характера». Из содержания статьи 121 можно заключить, что речь идет именно о насильственном половом акте в естественной форме. В то время как сексуализированное насилие может включать в себя гораздо более широкий спектр действий — к примеру, неоднозначные прикосновения, поцелуи, насильственное принуждение к просмотру порнографии, не говоря уже о словесных угрозах или о том, что насильником может оказаться вовсе не мужчина.

Такое неоднозначное восприятие этой темы досталось нам в наследство от советского прошлого. Подобная точка зрения была господствующей в уголовном праве. Сегодня насильственное удовлетворение половой страсти в других формах при отсутствии естественного полового сношения также порой не считают насилием. Конечно, при наличии определенных доказательств дело могут рассмотреть как менее тяжкое преступление, оскорбление личности, а иногда и как хулиганство. Каким образом казахстанские представители закона рассмотрят дело шымкентского участкового, нам еще предстоит узнать.