Министр энергетики Алмасадам Саткалиев заявил, что в июле будет готово предварительное ТЭО на закольцовку газопровода «Сарыарка» с газопроводом из России стоимостью около 2 трлн тенге и проектной мощностью 40 млрд кубометров в год.

В общем проекте магистрального газопровода Россия — Казахстан — Китай нашей стране отведена роль транзитной, но параллельно Казахстан решает проблему отсутствия газа на севере и востоке.

Любой каприз за ваши деньги

Министерством изучается вариант закольцовки магистрального газопровода «Сарыарка» с газопроводом из Российской Федерации. На сегодня «Газпромом» ведется разработка ПТЭО со сроком завершения в июле текущего года. В этой связи после получения маршрута газопровода и цены на газ будет определен оптимальный вариант газификации северных и восточных регионов страны,

заявил Саткалиев.

В первую очередь, естественно, возникли вопросы — откуда государство возьмет 2 триллиона и не ввязывается ли в зависимость от российского сырья? Ведущий авторской программы «Байдильдинов. Нефть», экс-советник министра энергетики Олжас Байдильдинов рекомендует оставить антироссийские фобии по газовому вопросу и считает, что другого варианта обеспечить свое население газом у Казахстана нет.

— Олжас, где Казахстан возьмет такие деньги?

— Сумма действительно существенная. Для понимания, у нас доходная часть бюджета порядка 10 трлн тенге. Естественно, госбюджет напрямую финансировать этот проект не будет. У «КазМунайГаза», если не ошибаюсь, чистая прибыль по итогам 2022 года составила 1,3 трлн тенге. То есть для них это тоже неподъемный проект.

Так что предполагаю, будет либо какое-то заемное финансирование, либо строить будет российский «Газпром» либо совместно с казахстанской стороной

Сразу готовимся к тому, что ничего дешевого в этом строительстве не будет. Каждый километр трубы потребует десятки миллионов долларов, плюс расходы на работы по подготовке поверхности, проектированию, закупке оборудования. Газопровод — недешевое удовольствие.

— Может ли государство гипотетически для реализации этого проекта заимствовать деньги ЕНПФ?

— Не думаю, что государство готово к вложениям в этот газопровод через этот источник, тем более неизвестен вопрос конечной цены для населения и бизнеса в конце трубы. Вероятнее всего, эти 4-4,5 млрд долларов будут отбивать за счет тарифа, так что нужно понимать, что дешевого газа на севере и востоке Казахстана не будет. То есть он будет явно дороже, чем на западе Казахстана.

Зависимость — не про газ

— Был ли и есть ли у Казахстана иной вариант газификации севера и востока, кроме как через проект с Россией?

— Иных вариантов газификации севера и востока у нас нет. У нас дефицит природного газа, мы сами будем его импортировать у южных соседей. И сейчас в принципе по СВОП работаем.

Здесь не нужно каких-то фобий или страхов. «Газпром», я так полагаю, предложил рабочий вариант. Нужно какие-то предрассудки по поводу российской экспансии оставить. Это наш стратегический партнер

Мы по энергетике и по нефтегазу сотрудничаем довольно плотно, и здесь есть уникальная возможность для Казахстана на фоне определенных проблем «Газпрома» с экспортом в Европу решить свою давнюю проблему с газификацией и сырьем в своих регионах и заработать на транзите в тот же Узбекистан или Китай. Рынок Центральной Азии для Газпрома неинтересен в плане объемов, а Китай — да. Так что проект выгодный даже на пальцах, надо его двигать и очень активно.

— О необходимости газификации севера и востока страны еще первый президент с середины нулевых говорил, а в 2014 году вообще давал прямые поручения разобраться с этим вопросом оперативно. Вопрос: что мешало?

— Газификация севера, востока и даже столицы — в Косшы, в пригородах до сих пор нет газа — силами одного Казахстана не решаема. Мешает то, что у нас дефицит природного газа. Год сдерживания цен привел к тому, что это топливо убыточно, его добывать, перерабатывать и поставлять невыгодно, так что никто из недропользователей в этом не заинтересован.

При этом наши национальные компании сначала должны крупные газовые месторождения обнаружить, затем подготовить их, так что до момента промышленной эксплуатации может пройти 5, а то и 10 лет

А когда в республике дефицит газа, о котором я говорил с 2013 года, мы своими силами газифицировать что-то не можем. И с 2020 года бизнес не может получить техусловия на подключение к природному газу в регионах. То есть жесткий дефицит природного газа у нас уже 3 года, и ресурсов для газификации нет.

— Газификация за счет закольцовки «Сарыарки» с российским газопроводом, по сути, означает зависимость от чужого сырья. Не опасно в нынешних политических условиях? Или у нас выбора нет?

— Слово «зависимость» здесь, я думаю, не применимо.

Есть ресурс, который поможет нам заработать на его транзите, так что сотрудничать в этом направлении необходимо

Около 85% добываемого природного газа в Кахахстане принадлежит иностранным консорциумам — «Тенгизу», «Карачаганаку», «Кашагану». Доля «КазМунайГаза» по газу там не более 15%, и основная часть даже этой доли контролируется западными нефтяными компаниями, которые владеют в том числе природным газом. Своего природного газа у Казахстана практически нет. Так что необходимо сотрудничать с Россией без каких-либо фобий.